Гештальт-терапия в Днепропетровске
RSS
Меню сайта

Друзья сайта

Глава 1. Дифференциальное мышление

Глава 1

ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОЕ МЫШЛЕНИЕ

Побуждение знать все о себе и своих собратьях толкало юных интеллектуалов всех времен обращаться к великим фи­лософам за информацией о человеческой личности. Некото­рые были довольны достигнутым пониманием, но многие ос­тавались неудовлетворенными и разочарованными. Они либо обнаруживали весьма мало реализма в академической фи­лософии и психологии, либо чувствовали себя глупцами, явно неспособными понять столь сложные философские и науч­ные концепции.

Долгое время я сам принадлежал к числу интересовав­шихся этой проблемой, но не мог извлечь никакой пользы из изучения академической философии и психологии, пока не ознакомился с работами Фрейда, стоявшего тогда совершен­но вне академической науки, и философией «Творческого безразличия» Фридландера.

Фрейд показал, что именно человек создал философию, культуру и религию, и чтобы разрешить загадки нашего суще­ствования, нужно исходить из человека, а не из какого-либо внешнего агента, как утверждают все религии и многие фило­софы. Открытия Фрейда полностью подтвердили постулируе­мую современной наукой взаимозависимость наблюдателя и наблюдаемых фактов, поэтому также нельзя рассматривать систему Фрейда, не включая его самого как ее создателя.

Едва ли существует сфера человеческой деятельности, где исследования Фрейда не были бы творческими или, по крайней  мере,   стимулирующими.   Чтобы упорядочить связи между множеством наблюдаемых фактов, он выдвинул ряд теорий, которые сложились в первую систему подлинно струк­турной психологии. С тех пор как Фрейд построил свою сис­тему на основе анализа непроизвольного материала, с одной стороны, и некоторых личных комплексов — с другой, множе­ство новых научных озарений позволило нам сделать попытку подкрепить структуру психоаналитической системы там, где вся неполнота и недостаточность наиболее очевидны:

a)   в  подходе  к психологическим  фактам,   как бы  суще­ствующим изолированно от организма;

b)   в  использовании  простой ассоциативной  психологии как основы для четырехмерной системы;

c)  в пренебрежении феноменом дифференциации. В своей ревизии психоанализа я намерен:

a)  заменить психологическую кон-цепцию на организми-ческую (1.8);

b)  заменить психологию ассоциаций  гештальт-психоло­гией (1.2);

c)  применить дифференциальное мышление, основанное на «Творческом безразличии» Фридландера.

Кажется, что дифференциальное мышление похоже на диалектические теории, но без их метафизического подтек­ста. Следовательно, его преимущество сказывается в горя­чем споре о предмете (многие читатели либо привержены ди­алектическому методу и философии, либо настроены резко против) и в сохранении того ценного, что есть в диалектичес­ком способе мышления.

Можно неверно использовать диалектический метод и часто именно так и происходит: иногда даже хочется со­гласиться с замечаниями Канта по поводу того, что диа­лектика есть ars sophistika disputatoria, пустые разговоры (Geschwaetziegkeit). Такое отношение к диалектике, однако, не спасло его самого от применения диалектического спо­соба мышления.

Можно долго возражать против диалектического идеализ­ма Гегеля как попытки заменить Бога другими метафизичес­кими идеями. Маркс перенес диалектический метод на ма­териализм, и это было определенным прогрессом, но не ре­шением. Соединение научного подхода с принятием желае­мого за действительное также не достигло уровня диалекти­ческого реализма.

Я намерен провести ясное различение между диалекти­кой вообще как философским направлением, и практической полезностью отдельных правил, открытых и применяемых в философии Гегеля и Маркса. Эти правила приблизительно совпадают с тем, что мы называем «дифференциальным мышлением». Лично я считаю, что этот метод является под­ходящим средством достижения новых научных прозрений и дает результаты там, где другие интеллектуальные мето­ды, скажем, мышление в терминах причины и следствия, тер­пят поражение.

Для многих читателей может быть скучно следить за весьма теоретической дискуссией в качестве введения к книге, посвященной проблемам практической психологии. Но читателю необходимо знакомство с некоторыми основными понятиями, пронизывающими всю книгу. Хотя практическая ценность этих идей становится очевидной только после их многократного применения, необходимо с самого начала по крайней мере представлять себе их общую структуру. Такой способ имеет дополнительное преимущество: раньше было принято, что ученый наблюдает рад фактов и делает из них выводы. Однако сейчас мы пришли к пониманию того, что любые наблюдения диктуются специфическими интересами, предвзятыми идеями и установками (часто бессознательны­ми), которые подбирают и выбирают факты соответственно. Другими словами, не существует объективной науки и, по­скольку каждый писатель имеет некоторую субъективную точку зрения, каждая книга должна зависеть от менталитета автора. В психологии больше, чем в любой другой науке, на­блюдатель и наблюдаемые факты неразделимы. Наиболее убедительное наблюдение получится, если удастся найти точку, с которой наблюдатель может достичь всеобъемлю­щего и неискаженного взгляда. Я полагаю, что такую точку нашел С.Фридландер.

В своей книге «Творческое безразличие» он выдвигает следующую теорию: каждое событие сначала относится к ну­левой точке, с которой затем начинается дифференциация на противоположности. Эти противоположности в их специфи­ческом контексте обнаруживают большое сходство между собой. Устойчиво оставаясь в центре, мы можем приобрести творческую способность видеть обе стороны события и до­полнить недостающую половину. Избегая одностороннего взгляда, мы достигаем более глубокого проникновения в структуру и функции организма.

Предварительное представление можно получить из сле­дующего примера. Рассмотрим группу из 6 живых существ: имбецил (и), нормальный средний гражданин (н), выдающийся государственный деятель (д), черепаха (ч), кошка (к) и ска­ковая лошадь (л). Сразу бросается в глаза, что они разделя­ются на две большие группы — люди и животные, и что из бесконечного числа характеристик живых существ каждая группа имеет специфическое качество: (и), (н) и (д) демонст­рируют различные степени интеллекта, (ч), (к) и (л) — разные степени подвижности. Они «отличаются» друг от друга по ин­теллекту и скорости. Если разделять их и дальше, с легкос­тью можно установить порядок: IQ (н) больше, чем IQ (и), IQ (д) больше, чем IQ (н), также как скорость (к) больше скорости (ч), и скорость (л) больше скорости (к) (д н и; л к ч).

Теперь можно выбирать других животных и людей, каждый из которых немного отличается от следующего по опреде­ленным характеристикам; можно измерить различия, с помо­щью дифференциальных вычислений можно даже заполнить пробелы, но в конечном итоге мы придем к точке, где пути математики и психологии расходятся.

Математический язык не знает понятий «быстрый» и «мед­ленный», а только «быстрее» и «медленнее»; а в психологии мы оперируем терминами типа «быстрый», «медленный», «глу­пый» или «умный». Подобные термины понимаются с «нор­мальной» точки зрения, без-различной ко всем событиям, ко­торые не производят впечатления неординарных. Мы безраз­личны ко всему, «не отличающемуся» от нашей субъективной точки зрения. Интерес, вызванный в нас, есть «ничто».

Это «ничто» имеет двойное значение: как начало и как центр. В представлении примитивных народов и детей нич­то есть начало ряда, 0, 1, 2, 3 и т.д. В арифметике - это сере­дина положительной/отрицательной (+/-) системы, нулевая точка с двумя ветвями, простирающимися в положительном и отрицательном направлениях. Если применить две функ­ции ничто к нашему примеру, получится либо два ряда, либо две системы. Если принять, что (и) имеет IQ=50, (н) — 100 и (д) — 150, можно построить ряд: 0, 50, 100, 150. Это порядок возрастания интеллекта. Если же мы примем IQ= 100 за нор­му, получим «+/-» систему: -50, 0, +50, в которой числа по­казывают степень отличия от нулевой (центральной) точки.

В действительности в нашем организме есть множество систем, центрированных на нулевой точке: нормальность, здо­ровье, интеллект и т.д. Каждая из этих систем разделяется на противоположности типа «+/-», умный/глупый, быстрый/мед­ленный и т.д.

Возможно, наиболее очевидный пример из области пси­хологии — система  удовольствие/боль.   Ее   нулевой  точкой служит, как будет показано позже, баланс организма. Любое нарушение этого баланса воспринимается как болезненное, возвращение же к нему есть удовольствие.

Врачи хорошо знакомы с метаболической нулевой точ­кой (основной метаболической шкалой), которая, хоть и выра­жается сложной формулой, имеет практическое выражение для нормы, равное нулю. Отклонения (повышенный или пони­женный метаболизм) определяются по отношению к нулевой точке.

Дифференциальное мышление — проникновение в рабо­ту подобных систем — обеспечивает нас точным умственным инструментом, который не слишком сложен ни в понимании, ни в применении. Я ограничу обсуждение тремя пунктами, ко­торые необходимы для понимания данной книги: противопо­ложности, предразличение (нулевая точка) и степень отличия.

Мышление противоположностями — квинтэссенция диа­лектики. Противоположности внутри одного и того же кон­текста стоят ближе друг к другу, чем к любому другому по­нятию. В области цвета мы думаем о белом в соединении скорее с черным, чем с зеленым или розовым. День и ночь, тепло и холод — тысячи таких противоположностей спарены в повседневном языке. Можно даже пойти дальше и ска­зать, что ни «день», ни «тепло» не могли бы существовать ни в действительности, ни в языке, не будучи оттенены своими противоположностями «ночь» и «холод». Вместо знания пре­обладало бы бесплодное безразличие. В терминологии пси­хоанализа мы находим исполнение желаний/фрустрацию желаний, садизм/мазохизм, сознательное/бессознательное, принцип реальности/принцип удовольствия и т.д.1

Фрейд распознал и описал как «одно из наших наиболее удивительных открытий» тот факт, что элемент увиденного или всплывшего в памяти сна, для которого можно найти проти­воположность, может означать себя, либо свою противополож­ность, либо то и другое вместе.

Он также привлек наше внимание к факту, что в старей­ших из известных языков такие противоположности как свет­лый/темный, большой/маленький выражались однокоренны-ми словами (так называемый антитетический смысл первич­ных слов). В устной речи они разделялись на два противо­положных значения благодаря интонации и сопутствующим жестам, а в письменной — добавлением определителя, т.е. рисунка или знака, который не подлежал устному воспроиз­ведению.

1Роже в своем Тезаурусе указывает, насколько противоречив мир слов: «С целью показать с большей степенью различения отношения между словами, выражающими противоположные и сходные идеи, я поместил их в две параллельные колонки на одной странице таким образом, что каждую группу высказываний можно при чтении сопоставить с соответ­ствующей из смежной колонки, и установить их противоположность (antithesis)». И дальше показывает, что противоположности диктуются не словами, а контекстом: «Часто случается, что одно и то же слово имеет несколько связанных терминов в соответствии с различными отноше­ниями, в которых оно рассматривается. Так, слову "дающий" противопо­ложны как "получающий", так и "берущий" — первая связь имеет отноше­ние к людям, вовлеченным в передачу, в то время как последняя относит­ся к способу передачи. "Старый" имеет противоположности как "новый", так и "молодой" в зависимости от применения к одушевленным или нео­душевленным предметам. "Нападение" и "защита" являются связанны­ми терминами, так же, как "нападение"» и "сопротивление". "Сопротив­ление", в свою очередь, связано с "покорностью". "Истина" теоретически противоположна "заблуждению", но противоположностью истине назы­вают ложь» и т.д.

 

Двум словам «высокий» и «глубокий» в латинском соответ­ствует одно: «altus», которое означает протяженность в вер­тикальном отношении; перевод этого слова как «высокий» или «глубокий» определяется ситуацией или контекстом. Похожим образом латинское «sacer» означает «табу», которое обычно пе­реводится либо как «священный», либо как «проклятый».

Мышление в противоположностях имеет глубокие корни в человеческом организме. Разделение на противоположно­сти — существенное качество нашей ментальности и жизни в целом. Нетрудно овладеть искусством поляризации, кото­рое обеспечивается удержанием в сознании точки предраз-личия. Иначе будут происходить ошибки, ведущие к произ­вольному и ложному дуализму. Для религиозного человека «ад» и «рай» — правильные антиподы, а «Бог» и «мир» — нет. В психоанализе любовь и ненависть являются корректными противоположностями, а сексуальный инстинкт и инстинкт смерти — некорректными полюсами.

Противоположности начинают существовать от разделе­ния «чего-то недифференцированного», что я предлагаю на­звать предразличным. Точку, откуда начинается разделение, обычно называют нулевой1.

Нулевая точка либо задается двумя противоположностями — как в случае магнита — либо определяется более или менее произвольно. Например, при измерении температуры наукой принята за нулевую точку температура таяния льда. В шкале Фаренгейта, до сих пор применяемой во многих странах, за нулевую принята точка, соответствующая 17,8 градусам по Цель­сию. Для медицинских целей можно ввести термометр с нуле­вой точкой, равной нормальной температуре тела. Обычно мы различаем тепло и холод согласно состоянию нашего организ­ма. Выходя из горячей ванны, мы воспринимаем температуру в комнате как холодную, ту же самую температуру мы опишем как достаточно теплую после холодной ванны.

Ситуация, «поле», являются решающим фактором в выборе нулевой точки. Если бы Чемберлен по возвращении из Мюнхе­на был встречен криками «Долой оборванца Гитлера!», он мог бы заявить протест против оскорбления главы дружественного государства. А два года спустя эти слова стали британским лозунгом. Гитлер был таким же оборванцем в 1938 году, как и в 1940, но значительно сместилась нулевая точка британцев.

С.Фридландер проводит различие между незаинтересо­ванной отчужденностью — отношением «Мне все равно» — и «творческим безразличием». Творческое безразличие напол­нено интересом, который распространяется по обоим направ­лениям от точки разделения (дифференциации). Это ни в коей мере не идентично абсолютной нулевой точке, но содержит в себе аспект баланса. В качестве примера из медицинской сферы можно взять количество тироксина в организме чело­века, или рН коэффициент: противоположностями (отклоне­ниями от нулевой точки) являются болезнь Грейва или миксе-дема и ацидоз или алкалиноз соответственно1.

(1 Роже замечает по этому поводу: «Во многих случаях две идеи, полнос­тью противоположные друг другу, предполагают среднюю или нейтраль­ную идею, равноотстоящую от обеих: все это выражается соответствую­щими определяющими терминами. Так, в следующих примерах слова в первой и третьей колонках, выражающие противоположные идеи, допус­кают средний (промежуточный) смысл, ссылаясь на первое:

Идентичность                Различие                       Противоречие

Начало                           Середина                      Конец

Прошлое                       Настоящее                    Будущее

В других случаях среднее слово является просто отрицанием каждой из двух противоположных позиций, например:

Выпуклость                   Плоскость                     Вогнутость

Желание                        Безразличие                Отвращение

Иногда среднее слово служит подходящим стандартом, с которым срав­нивается каждая из крайностей, например:

Дефицит                       Достаток                       Избыток

Здесь средний термин, "достаток" равно противоположен "дефициту" с одной стороны и "избытку" с другой»). ДАЛЕЕ>>>


<<<ОГЛАВЛЕНИЕ>>>

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
index | Просмотров: 3204 | Автор: admin | Дата: 11-10-2010, 08:50 | |
Популярное

Календарь новостей
«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Поиск

Статистика
Rambler's Top100
Наш опрос

Оцените работу движка

Лучший из новостных
Неплохой движок
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился