Гештальт-терапия в Днепропетровске
RSS
Меню сайта

Друзья сайта

Интерлюдия: доступ к теме поколений с помощью работы со сновидениями (продолж.)

                    Интерлюдия: доступ к теме поколений с помощью работы со сновидениями (продолж.)

Сэмуэль: Соответственно тому, что я чувствую к тебе, ты многие годы преодолевал это, и твой отец делал то же самое. Он и твоя мать, так же как и другие люди, во время Великой Депрессии отнимали у разорившихся землю, деньги и все, как безумные. А потом он сдался. И, как я понимаю, ты тоже сдался. Боюсь, что сдался и я. Это пугает. Во сне я был совершенно один. Я был один, не считая этого особого человека, но он был в начале сна.

Терапевт: А что произошло потом?

Сэмуэль: Это какое-то безумие. Я убегал отовсюду...

Терапевт: Ты убегал отовсюду, и какая-то женщина отняла у тебя что-то и спрятала под юбку. Что ты испытал тогда?

Сэмуэль: Ярость: "Что ты себе позволяешь? Это мое”.

Терапевт: Если это твое, почему тебе надо убегать?

Сэмуэль: Я нарушил распорядок. Если я должен был получить свое, это должно было произойти на сцене, перед камерами, с помпой и церемониями.

Терапевт: И почему же тебе надо было убегать?

Сэмуэль: Я должен был взять это. Я не мог поверить, что получу свое.

Терапевт: Ваш сын (обращается к воображаемому отцу Сэмуэля) не верит, что это действительно принадлежит ему. А у вас так бывает?

Сэмуэль: Как твой сын, папа, я не могу поверить, что это действительно мое. Что я действительно это заслужил и смогу сохранить.

Терапевт: "И что я имею право на это”. Сэмуэль, давай вернемся в твой сон. Тебе представляется, что ты точно знаешь, как взять эту вещь и разбить ее так метко, чтобы она разлетелась на шесть кусков. Во сне ты тот человек. Ты также другой человек, который намерен украсть один из шести кусков и убежать с ним. Насколько это похоже на твою семью? Каким образом это отражает историю твоей семьи? Это говорит тебе о чем-нибудь?

Сэмуэль: Со стороны отца моя семья была богата не только материально, но и творчески. Гораздо богаче, чем многие семьи. У них в семье было пятеро детей, мой отец предпоследний ребенок. Но на самом деле он самый маленький. Когда мой дед умер, наследство было поделено на всех.

Терапевт: А что ты получил от отца, Сэмуэль?

Сэмуэль: Первое, что приходит в голову, – самонадеянность.

Терапевт: Он передал тебе самонадеянность?

Сэмуэль: Самонадеянность и какое-то достоинство. Я бы сказал, скорее оскорбленное достоинство и еще, я думаю, безответственность. Иногда это оскорбленное достоинство, а иногда безответственность.

Терапевт: Н-да. Но в твоем сне присутствуют оба качества. Там есть самонадеянность того парня, который должен получить подарок. Не так ли? Он точно знает, что может сделать... как поступить и в какой момент. Есть и безответственный тип. Он должен украсть и бежать. И оба они - это ты. Ты, получивший наследство от своего отца. Чувствуешь ли ты себя, как человек во сне, который способен расколоть эту вещь на шесть кусков? И ты можешь утвердиться в своей самонадеянности и убедиться в своих способностях? В своем сне ты самоуверен. Подтверждается ли твоя самоуверенность твоими способностями?

Сэмуэль: Да.

Терапевт: Твой отец был самоуверенным человеком. А его самоуверенность подтверждается его способностями?

Сэмуэль: Нет.

Терапевт: Ты понимаешь, в чем тут дело?

Сэмуэль: Да.

Терапевт: Итак, я бы хотел, чтобы ты стал тем парнем из сна, который раскалывает камень. Пусть кто-то другой украдет эти шесть кусков. А ты посмотри, что ты будешь чувствовать. Ты смотришь, как кто-то получит пять кусков.

Сэмуэль: Что-то получит ФБР.

Терапевт: Но, посмотри, ведь ФБР – это тоже ты. Ведь ты спроецировал на них свою силу. А самоуверенность, которая подтверждается твоими способностями, ты спроецировал на этого загадочного человека.

Сэмуэль: Да, это правда.

Терапевт: Я хочу, чтобы ты закрыл глаза и помедитировал. Поставь ноги на землю, и пусть перед тобой будет эта драгоценность. Это то, чего не смог дать тебе твой отец, чтобы поддержать тебя, чтобы любить тебя. Я хочу, чтобы ты владел этим. Стань тем человеком, который твердо стоит на земле. Может быть, тебе надо вернуться в 20-е годы, к тому, кто был основателем благосостояния семьи. Войди с ним в контакт. Это он? (Сэмуэль кивает.) С его устойчивостью, с его ощущением могущества и мужественности. Как его зовут?

Сэмуэль: Сэмуэль:

Терапевт: Его зовут Сэмуэль?! Это твой прадед? (Сэмуэль кивает.) Настоящий Сэмуэль вернулся в твой сон, а ты преодолел все, что стоит между настоящим Сэмуэлем и тобой, и вступил с ним в контакт. И этот камень, который находится перед тобой, принадлежит тебе, и сцена принадлежит тебе, и публика принадлежит тебе, и могущество принадлежит тебе. И знание принадлежит тебе. А ты готов? Представь себе, что ты стоишь на сцене, освещенный софитами, и можешь чувствовать могущество, красоту и ясность этого момента. Получи удовольствие. Это могущество твоего прадеда переходит к правнуку. И когда ты будешь готов совершить это символическое действие, чтобы расколоть эту вещь, ты сделаешь это почти без напряжения, с легкостью, и не убежишь, потому что это твое представление. Пусть бежит другой. Я некоторое время помолчу, а ты поэкспериментируй со своим ощущением готовности, могущества и тем, что ты хочешь сделать.

(Сэмуэль берет воображаемый меч и раскалывает драгоценность.)

Терапевт: Как это было?

Сэмуэль: Совершенно естественно...

Терапевт: А теперь посмотри вокруг. Ты видишь: ты же не можешь пребывать в мечтаниях. Посмотри вокруг. (Сэмуэль смотрит на каждого из присутствующих.) Поговори с Сэмуэлем, который украл кусок и убежал. Ты мастер по раскалыванию драгоценных камней. У тебя был договор с ним. Поговори с ним. Почувствуй эти разные части самого себя. Разве ты должен был убегать, когда ты смотрел на эти лица? Поговори с ним о том, о сем.

Сэмуэль: Сэм, ты действительно получил... можешь быть спокоен. Я думаю, ты это понимаешь, но боишься, что у тебя это отнимут... и... конец истории... Я не знаю, что с тобой делать (трет глаза).

Терапевт: Ты знаешь, что с ним делать. Как сказал бы твой отец: "Я не знаю, что с тобой делать...” Дерьмо.

Сэмуэль: Мой отец не осмелился бы так сказать.

Терапевт: Ты знаешь, что я имею в виду. Пусть он ответит, пусть он ответит первым, а потом скажешь ты. (Показывает на пустой стул.) Это твоя часть, которая украла и убежала.

Сэмуэль (пересаживается на другой стул): Я просто потерял контроль, я... я был в ужасе и думаю, что если бы сон продлился, я бы потерял его. Я бы потерял этот кусок.

Терапевт: Хорошо. А теперь ты мастер по раскалыванию камней, прадедушка Сэмуэль.

Сэмуэль: Да, прежде всего, ты не можешь потерять... Это что-то, что должен иметь... чтобы хранить его, потом ты должен что-то сделать с этим. И это вовсе не побег, ты должен показать его, отшлифовать, добавить к нему что-то еще. Побег – это способ его потерять. А твоя награда здесь, а не где-то в будущем.

Терапевт: А теперь скажи для группы... "Я сделаю это по-другому...” Сядь сюда (показывает на другой стул). "Я сделаю это по-другому...”

Сэмуэль: Я сделаю это по-другому, не стану убегать с камнем, я могу его потерять. Я должен держать его перед собой, чтобы видеть его, а дальше я стану делать что-то еще, шлифовать, буду хранить его, он мой.

Терапевт: Как тебе это? Теперь ты можешь держать его, похоже, теперь ты уже больше не боишься за него.

Сэмуэль: Спасибо.

"Сон Сэмуэля” – пример того, как работа со сновидением может стать исследованием темы поколений. В данном случае тема состоятельности и могущества в различных формах переходит из поколения в поколение. Важно отметить, что даже при том, что отец и дед Сэмуэля не присутствуют на сессии, клиент работает с их интроективным присутствием, для того чтобы разрешить тему своей внутренней борьбы.

3в. Основное положение: Одни субсистемы обладают высоким уровнем энергии, а другие – низким.

3в. Ориентирующий принцип: У терапевта есть искушение направить внимание клиентов на субсистему, обладающую большим объемом энергии. Не пренебрегайте субсистемами, у которых мало энергии. Система перестает работать, когда у нее слишком мало энергии, однако именно она и нуждается в нашем внимании.

В некоторых случаях семейный терапевт должен обратиться к тому, что не выглядит как фигура внимания. Родители могут громко спорить, в то время как дети уважительно молчат и слушают. Такие родители непременно обратят внимание на себя, а что же при этом будут чувствовать и думать дети? В нужный момент терапевт поворачивается к самой молчаливой и тихой субсистеме, чтобы исследовать всю семью. Вы можете спросить детей: "Часто ли вы видите, как ссорятся родители?”; Как вы чувствуете себя, когда вас ругают?”. Или поинтересоваться: "Можете ли вы объяснить мне, почему ваши родители так расстраивают друг друга?”

В случае с "громкими” родителями и молчаливыми детьми между двумя субсистемами не происходит обмена энергией. Терапевту ясно, что в этих условиях дети находятся в стороне от споров родителей, обычно это нормально. Но терапевтическая работа – дело всей семьи, и в данном случае чувства и суждения детей могут быть также полезны для понимания проблем семьи, как чувства и мысли взрослых. Если не обращать внимания на детей, у них исчезнет интерес к семейной терапии, и тогда терапевт потеряет потенциальных союзников в работе.

Вот, например, какие ответы могут дать дети терапевту: "Обычно при нас они не ссорятся. Они такие вежливые. Вот странно – оказывается, мама и папа могут быть настоящими!” Или: "Когда происходит нечто подобное, я очень пугаюсь, боюсь худшего, мне кажется, что папа может ударить маму”. Или: "Они все время спотыкаются на одном и том же месте”.

Подключая участие "молчаливой субсистемы”, терапевт помогает распределить энергию, осознавание, действие и потенциальное направление поведения внутри всей семьи.

3г. Основное положение: Здоровье семьи напрямую зависит от ее способности быть подвижной и перемещаться от одной субсистемы к другой.

3г. Ориентирующий принцип: Терапевт должен быть внимательным к фиксированному гештальту в рамках семейной субсистемы. Наиболее распространенная модель фиксации гештальта в семье – трехсторонние отношения5.

Здоровье семьи проявляется в ее способности легко перемещаться от отношений "взрослый-взрослый" к отношениям "взрослый-ребенок" и "ребенок-ребенок" и свободно использовать возможные комбинации. Любая фиксированная комбинация, которая возникает гораздо чаще, чем группирование, не должна пройти незамеченной. Необходимо найти подход к ее полезным и вредным проявлениям. Наиболее распространена фиксированная группировка – родители и один ребенок. Она может быть нефункциональной и создавать препятствия для общения родителей и свободного существования ребенка.

Когда терапевт замечает, какие возникают комбинации и как члены семьи взаимодействуют друг с другом – легко или болезненно, – он будет стараться научить семью мягче вступать во взаимодействия и выходить из них. В таких случаях эксперимент может оказаться чрезвычайно полезным, и люди научатся новым чувствам и поведению.

3д. Основное положение: Дети образуют собственную мощную субсистему в семье. Чем лучше отношения в их субсистеме, тем сильнее она влияет на функционирование семьи.

3д. Ориентирующий принцип: Важная задача семейного терапевта состоит в том, чтобы распознать и поддержать субсистему детей.

Детям необходимо взаимодействовать не только со взрослыми, но и друг с другом. Возникающее детское сообщество обладает большой силой. Наблюдение за взрослыми учит детей сотрудничать друг с другом. Отношения между братьями и сестрами в детстве могут быть очень значимыми. Это не означает, что в общении между собой дети не испытывают трудностей, тем не менее они немало узнают друг от друга. Ребенка многое пугает, но когда он принадлежит к группе и чувствуют свою причастность к ней, он способен преодолевать потенциальные травматические переживания.

Я работал с большим количеством семей, где родительская система была слабо выражена, а система детей служила источником самоподдержки. Такое распределение сил особенно ярко выражено в семьях, где есть по крайней мере трое или четверо детей.

Теперь семьи стали меньше и немало семей имеют лишь одного ребенка. Я часто слышу, как родители говорят о том, что хотели бы иметь несколько детей, чтобы у ребенка были братья или сестры, а семья стала прочнее. Очевидно, что они признают потребность ребенка в общении со сверстниками и необходимость делиться своими чувствами и жалобами на родителей. Если у ребенка нет брата или сестры, с которым он может поделиться, их может заметить закадычный друг или подруга. Ясно одно: с кем бы ни была образована такая комбинация детского сообщества – это естественная потребность детей. В юношеском возрасте такая потребность выходит на первый план. В этот период авторитет ровесников намного превосходит авторитет взрослых.

Педагоги и воспитатели хорошо это знают, фокусируя внимание на социальном развитии учеников и студентов. В наши дни можно часто видеть формацию семьи с одним ребенком, которая остро нуждается в компенсации ущербного родительского сообщества. Мы полагаем, что здоровой моделью для людей любого возраста может стать создание общества со своим собственным языком, нормами общения и правилами. Такое общение должно быть доступно детям в любой семье, что, безусловно, будет способствовать их нормальному развитию.

ОГЛАВЛЕНИЕ>>>                                <<<НАЗАД                                                           ДАЛЕЕ>>>

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
index | Просмотров: 1922 | Автор: admin | Дата: 11-10-2010, 08:50 | |
Популярное

Календарь новостей
«    Июль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 

Поиск

Статистика
Rambler's Top100
Наш опрос

Оцените работу движка

Лучший из новостных
Неплохой движок
Устраивает ... но ...
Встречал и получше
Совсем не понравился