Однако, по сравнению с важностью этого шага по направлению к созданию целостного подхода, мои наблюдения не имеют особого значения.

Не так обстоит дело с оргоном, измышлением Райховой фантазии, которая является просто заблуждением.

Я могу понять, что произошло. Оставляя реальность, поддающуюся   проверке  вне  сферы  сопротивления,   он

46

вынужден был сделать то же самое и с главным термином Фрейда - либидо.

Сопротивление существует действительно, вне всякого сомнения, однако, либидо являлось и остается гипотетической энергией, придуманной Фрейдом для объяснения его модели человека. Райх загипнотизировал и себя, и своих пациентов верой в существование оргона, как физического и видимого эквивалента либидо.

Я исследовал функционирование оргона-ящика и ряд его владельцев и постоянно обнаруживал заблуждение: внушаемость, которая могла быть ориентирована в любом направлении, которое мне нравилось. Райх умер в тюрьме, но не отказался от своей навязчивой идеи. Полагая, очевидно, что оказался гением, он тем не менее в большей мере снискал себе славу "сумасшедшего ученого".

Писать о четвертом разочаровании - моей встрече с Фрейдом - еще труднее. Нет, это неправда. Я предвидел, что это должно быть более трудным, потому что в мой эксгибиционистский период я имел смутные представления на этот счет и делал вид, что знаю больше о Фрейде, чем это было на самом деле. Фактически, за исключением С. Фриндландера и К. Гольдштейна, мои встречи с такими знаменитыми людьми, какими были Эйнштейн, Юнг, Адлер, Ян Смит, Марлен Дитрих и Фрейд, были случайными. Это неожиданное столкновение, в основном не имевшее другого результата, кроме возможности похвастать и оказать косвенное влияние на слушателей через значимость собственной персоны - волшебство затмевающего взгляда и мнения.